Малуся и Рогопед Андрей Алексеевич Усачев Хочешь изменить мир – измени одну букву! Обыкновенная девочка Маруся ужасно не любила знакомиться, потому что, когда спрашивали ее имя, приходилось отвечать: «Малуся». А однажды вместо Ромашковой улицы она оказалась в необыкновенной стране. Много странностей оказалось в этой стране, созданной загадочным Рогопедом – далеко не безобидным персонажем. Здесь живут коловы и страшные кысы, мама моет Ламу, а король на голове несет колонну. Маруся и ее друзья – корова Розалия и моряк Рюрик – стараются вернуться обратно в свой мир, но это возможно только при одном условии: научиться правильно выговаривать слова. А еще им предстоит победить злого создателя этой страны. Андрей Усачев Малуся и Рогопед Посвящается моему другу Мише Першину, без которого этой книги не было бы. Глава 1. Ромашковая улица Стоял замечательный августовский день. Но настроение у Маруси было испорчено. За завтраком папа сказал, что познакомился с очень хорошим врачом. Дело в том, что Маруся не выговаривала звук «Р». Из-за этого она ужасно не любила ни с кем знакомиться. Ведь когда спрашивали ее имя, девочке приходилось отвечать: – Малуся! – Малуся? – улыбались взрослые. – Ничего, вырастешь, станешь Марусей! И вот теперь этот врач придет смотреть ее… «А чего меня смотреть, я не картина, – думала Малуся. Она брела по улице, разглядывая заборы. Дачный поселок был очень спокойным местом. И ее всегда отпускали гулять одну. Занятая своими мыслями, она и не заметила, как оказалась на незнакомой улице. Девочка повернула в обратную сторону, дошла до переулка и снова оказалась в незнакомом месте. Людей на улице не было. «Наверное, все от жары попрятались», – подумала она. Перед ней стоял аккуратно покрашенный зеленый забор с калиткой. – А вот зайду и спрошу у кого-нибудь, – Малуся постучала в калитку. Никто не ответил. Она постучала еще раз и, не дождавшись ответа, вошла. Желтая песчаная дорожка привела ее к небольшому домику. У домика маленькая старушка поливала из лейки цветы. – Извините, – сказала Малуся. – Я заблудилась. Вы не знаете, где находится Ломашковая улица? Девочка хотела сказать «Ромашковая», но у нее получилось «Ломашковая». Старушка поставила лейку, выпрямилась и внимательно посмотрела на Малусю: – Как тебя зовут? – Малуся, – ответила девочка и рассердилась сама на себя. Она не обязана никому говорить свое имя. – Малуся? – покачала головой старушка. – И ты ищешь Ломашковую улицу?.. Мне кажется, тебе нужен Логопед. – Мне не нужен никакой Логопед, мне нужна… Ломашковая улица! – Малуся рассердилась уже и на старушку и на всех на свете. – Если вы не знаете, где это, то так и скажите! – Ну, если ты уверена, что хочешь попасть на Ломашковую улицу, то это там, – хозяйка показала рукой за дом, и девочка увидела в заборе дыру. – Но имей в виду: слово не воробей, вылетит – не поймаешь! А Ромашки и Ломашки это не одно и то же! – Спасибо, знаю, – сказала Малуся, а про себя подумала: «Какая надоедливая старуха! Поговорить ей, что ли не с кем…» – Ну, раз ты все знаешь, иди! – старушка снова взялась за лейку и, не обращая на нее внимания, принялась поливать свою клумбу. Малуся решительно зашагала к забору и полезла в дыру. Она была так сердита, что не заметила, как зацепилась за гвоздь. Малуся, что есть силы, рванулась – и с треском полетела куда-то вниз. Глава 2. Ломашки От страха Малуся зажмурилась. А когда открыла глаза… Никогда в жизни еще не видела она таких улиц: заборы поломаны, дома покосились, ржавые трубы погнуты… Как будто тут пронесся ураган, или стадо диких слонов. На заборе напротив она разглядела нацарапанную гвоздем надпись: «ЛОМАШКОВАЯ УЛИЦА» «Наверно, эти дома на снос, и здесь никто не живет, – подумала девочка и решила вернуться обратно. Но на всякий случай крикнула: – Эй, кто-нибудь здесь живет? И вдруг с громкими воплями из пролома в заборе высыпала толпа мальчишек. Все в рваной одежде, с синяками и царапинами, забинтованными головами и руками. А впереди всех – на одной ноге в гипсе, размахивая костылем, скакал предводитель. – Ты кто такая?! – крикнул он. – Я? – растерялась Малуся. – Я Ма… (впрочем, не хватало еще, чтобы эти мальчишки начали ее дразнить). Мало ли, кто я такая. Это не ваше дело. – Не наше дело?! – закричали мальчишки. – Мы – Ломашки, и это наша улица! – И это все вы сломали? – Ага! – с гордостью заявил предводитель и потряс костылем. – Мы все ломаем! – А зачем? – Вы слышали? Она ничего не знает о Ломашках! – презрительно сказал предводитель и гнусавым голосом запел: Мы – Ломашки, мы  – Ломашки! Бьем тарелки, блюдца, чашки! Мебель рушим, стекла бьем – Все у нас идет на слом! Мы ломали, мы ломали, Наши пальчики устали! Вот немного отдохнем, И опять ломать пойдем! Мы – Ломашки, Мы – Ломашки! Прячьтесь, люди и букашки! Все что видишь на пути, Бей, ломай и колоти! Колоти, ломай и бей, Чтобы было веселей! – подхватили остальные. Ломашки принялись швырять куда попало камнями и махать палками. Кому-то разбили нос, кому-то сломали очки… Наконец, все утихомирились. – Ну что, поняла, кто мы такие? – спросил предводитель. – Вы – глупые мальчишки! – Держи ее! Хватай! – закричали Ломашки. Малуся бросилась бежать изо всех сил. Мальчишки помчались за ней. Но вскоре отстали и остановились. – Только появись здесь, мы тебе руки-ноги переломаем! – крикнул издали вожак и погрозил ей костылем. Мы – Ломашки, мы – Ломашки, Топчем розы и ромашки, Рушим стены и дома, Потому что мы – Лома… Глава 3. Говорящая колова Малуся выбежала на луг и остановилась, чтобы перевести дух. Вдалеке паслась корова. «Раз есть корова, значит, где-нибудь есть и хозяйка,» – Малуся направилась к корове. Но когда подошла поближе – ахнула. Животное, которое она издали приняла за корову, оказалось не коровой, а довольно странным существом с головой коровы. Голова эта крепилась на колу, а ноги заменяли четыре колышка поменьше… Странное существо было привязано веревкой к небольшому столбику. Увидев девочку, корова-некорова подняла голову и пристально посмотрела на Малусю. – Никогда в жизни не видела таких колов! – воскликнула Малуся. Она хотела сказать «коров», но вместо этого произнесла «колов». – Ты еще много чего в своей жизни не видела, – ответила та. – Ой, – сказала Малуся. Говорящих коров она тем более никогда не встречала. – Простите, вы кто? – Колова! Ты правильно сказала. Но не из-за своего ума, а из-за неправильного произношения, верно? Малуся изумленно кивнула. – Так я и знала. У всех, кто появляется оттуда, каша во рту… Кстати, как тебя зовут? – Малуся, – вздохнула девочка. – Когда-то у меня тоже было имя. Но с тех пор, как я стала Коловой, это не имеет никакого значения. А было это, если мне не изменяет память, стихов двести назад… – Стихов двести назад? – Да, стихов двести назад, – невозмутимо повторила Колова. – Раньше, когда я была обыкновенной коровой, я мерила время съеденным сеном или литрами молока… А теперь, как ты видишь, сена я не ем, молока тоже не даю… – Да, – сочувственно произнесла Малуся. – Но в этом есть свое преимущество, – сказала Колова. – Зато теперь у меня полно свободного времени. И я сочиняю стихи. Привычка… Я привыкла жевать. А сочинять стихи, – это как жевать воздух. Если хочешь, я могу прочитать тебе что-нибудь. Немного пожевав губами и сделав глубокий вздох, корова начала: О происхождении коловы Простой Коровой я была, Жила в краю родном, Но заКОЛдована была Каким-то КОЛдуном. И вот попала я на КОЛ. И не пасусь в лугах, Стою я как дубовый стол На четырех ногах. Давно не пью я и не ем. И нету молока… Зато полно во мне поэм, И льет рекой строка! – Это из ранних стихов. Ты знаешь, что такое «Ранние стихи»? Малуся помотала головой. – Ранние стихи – это стихи, которые сочиняешь рано утром, а поздние – поздно вечером… – Понятно, – кивнула Малуся. – Простите, но я хотела у вас спросить. Вы сказали: у всех кто появляется ОТТУДА… а ОТТУДА – это откуда? – Понятия не имею. Просто время от времени ОТТУДА, – Колова кивнула головой в сторону, откуда пришла Малуся, – появляются странные люди. И у всех у них что-нибудь с языком… И все говорят, что им нужен Ла… Лу… Ло… – Логопед?! – воскликнула Малуся, вспомнив странные слова старушки: «Мне кажется, девочка, тебе нужен Логопед» – Вроде бы так, – кивнула Колова. – А кто этот Логопед? – Не знаю. Но слышала, что Логопед может помочь любому вернуться в нормальную жизнь. – А лазве здесь жизнь… – Малуся хотела сказать «ненормальная». – Между нами, – доверительно сообщила Колова. – Тут почти все дефективные. Ты видела Ломашек? Малуся вздохнула и рассказала Колове все, что с ней произошло. И о том, что дома ее ждут папа и мама. – Дома, – вздохнула Колова, – у меня была чудесная хозяйка. Я бы, наверное, тоже хотела домой. Хотела бы стать как раньше Коровой… Хотя боюсь, что уже не смогу сочинять стихи. – Значит, вы тоже ОТТУДА?! – вскричала Малуся. – А как же вы стали… – Очень просто. Какой-то негодник показал на меня пальцем и закричал: «КОЛОВА!» Вот и все. – А может быть, я могу вам чем-нибудь помочь? – Вряд ли, – помотала головой Колова. – Для этого нужно, чтобы кто-нибудь произнес «Корова». А ты этого не можешь… – Неужели здесь нет никого, кто мог бы это сделать? – Не знаю. Может, кто-нибудь и есть, но не ты и не здесь… Неплохая рифма, правда: Есть и Здесь? – А может быть, вам тоже поможет Логопед? И нам вместе пойти его искать? – предложила Малуся. – Оригинальная мысль, – сказала Колова. – Это надо обдумать. Глава 4. Волшебная палочка Пока Колова обдумывала, девочка прилегла на траву. И сразу же почувствовала, как она устала. На лугу пахло свежей травой. От этого запаха или оттого, что солнце здорово припекало, Малусю стало клонить ко сну. – Здесь неплохо, только очень ЖАЛКО, – сонно пробормотала она. – Жалко, – поддержала ее Колова, – что я теперь не та. Раньше я давала не только молоко, но и тень. Малуся заснула, и ей приснился удивительный сон. Будто она сидит у себя дома на веранде, а перед ней – женщина в длинном ослепительно-белом платье. – Маруся, – говорит женщина. – Я постараюсь тебе помочь. Но запомни: никто не выручит тебя из беды, кроме тебя самой… и этой волшебной палочки. В руках у женщины появилась небольшая черная палочка. – Только нужно уметь пользоваться ею правильно. И тогда ты научишься произносить букву «Р». Смотри внимательно. Надо приставить ее к языку и сказать: «Ды-Ды-Ды!» Волшебница протянула палочку девочке: – Имей в виду, что волшебство происходит не сразу… – Вы – Фея? – спросила Малуся. Волшебница не ответила и растаяла в воздухе. Малуся протянула к ней руки и проснулась. – Что ты кричишь? – сказала Колова. – Ты меня так напугала! – Мне приснилось… – начала было Малуся. И вдруг увидела рядом с собой в траве небольшую черную палочку. – Скажи, – спросила она Колову. – Пока я спала, никто здесь не появлялся? – Не знаю. Я думала. А когда я думаю, я ничего не замечаю. Малуся взяла палочку, осторожно дотронулась ею до языка и произнесла: «Ды-ды-ды». Но ничего не вышло. Она попробовала еще раз – опять ничего. – Что это ты делаешь? – полюбопытствовала Колова. Малуся рассказала ей про волшебницу. – Мне кажется, – задумчиво произнесла Колова, – что этот сон – ВЕЩИЙ! – Что значит – Вещий? – Это значит, что ВЕЩИ, которые снятся, появляются наяву… Знаешь, – пожевала она губами, – пожалуй, я с тобой пойду. Не каждый день встречаются девочки, которым снятся вещие сны. А, кроме того, лучше быть привязанной к живому существу, чем к столбу. – Ой, извините, – девочка только сейчас сообразила, что корова привязана к столбику. Пока она отвязывала веревку, Колова сочинила новый стих. И глубоко вздохнув, прочла: О новой жизни Была привязанной к столбу. Но изменила я судьбу: Пойду за жизнью новой, Чтоб снова стать Коровой! – Тебе понравилось? – Да. Только почему, когда вы читаете стихи, вы так вздыхаете? – спросила Малуся. – Неужто не понимаешь? – удивилась Колова. – Я делаю ВДОХ – для ВДОХНОВЕНИЯ! Глава 5. Золотая колонна Пока они разговаривали, вдалеке показалась колонна. Она сверкала и искрилась на солнце, как золотая. Колонна быстро приближалась. И вскоре Малуся, увидела, что ее тащит на голове человек. Человек с колонной на голове, жутко обросший и в лохмотьях, шел, ни на кого не глядя, и бубнил: – На дворе – трава, на траве – дрова. На горе – дворец, во дворце – ларец… – Вам не тяжело? – окликнула его Малуся. Человек поднял на девочку глаза и прошептал: – Она еще спрашивает, не тяжело ли мне? Она ведь золотая… горе мне, горе! – Тогда почему вы ее не снимите и не отдохнете? – Она еще спрашивает, почему я ее не сниму? Да потому, что я царь. Ты ведь знаешь, что царь должен носить на голове колонну… То есть, корону! Увидев недоверчивый взгляд девочки, царь-оборванец остановился и воскликнул: – Вот до чего я докатился! – На дворе трава, на траве дрова! – Мне уже не верят, что я царь! Да-да, я знаменитый царь Фалалей-17-й… – Никогда не слышала, – чистосердечно призналась Малуся. – Не слышала, так слушай… Когда Фалалей родился, отец закатил пир на все царство и пригласил на него могущественного волшебника. В благодарность волшебник пообещал исполнить любое желание царя. Сначала царь хотел дать ребенку красоту, потом – богатство, потом – мудрость. Но подумал и решил, что лучше всего дать ребенку царскую судьбу. Чтобы при всех обстоятельствах сын его оставался царем: – Мое желание, – сказал он, – чтобы мой сын всегда носил на голове золотую корону! Но так как царь немного картавил, то у него получилось: «Чтобы мой сын всегда носил на голове золотую колонну!» Волшебник в точности исполнил его пожелание. Царь схватился за голову, но было уже поздно: на макушке у младенца появилась маленькая колонна. Пока ребенок был маленький, и колонна была маленькой. Но мальчик рос, и колонна росла вместе с ним: росла, росла и выросла такой, что уже не помещалась во дворце… – Лучше бы я оставался маленьким, – заплакал царь. – Ни отдохнуть, ни лечь, ни сесть… – Да, – посочувствовала корова. – Носить колонну на голове – тяжелая доля, а главное – бессмысленная! Вот я ношу рога, так от них хоть польза есть… – И что же вы будете делать? – спросила девочка. – Неужели нет никакого способа избавиться от этого? – Есть, – Фалалей показал на верхушку колонны. Там были выбиты слова: Если царский сын найдет И подряд легко прочтет, Тридцать три скороговорки, То колонна упадет! – – За одиннадцать лет я нашел и выучил одиннадцать скороговорок. Осталось еще двадцать две. На дворе – трава, на траве – дрова… – Я знаю несколько скологоволок, – решила помочь Малуся. – Ты хотела сказать – скороговорок, – поправила ее Колова. – Потому что С-Кола-Говорки сочинила я, когда сидела на колу. Могу прочитать парочку: Сидит корова на колу, Глядит корова на кору! И еще: В овраге волки Говорят скороговорки! – Две скороговорки за один день! – Фалалей был в восторге. – Когда я их выучу, мне останется всего… двадцать. – Скажите, Ваше Величество, а вы не знаете, где найти Логопеда? Фалалей только покачал головой, то есть колонной… Хотя за одиннадцать лет побывал в тридесяти царствах, не считая своего – триодиннадцатого государства. Царь двинулся дальше. – Бедняга, – сказала Маруся, глядя ему вслед. По сравнению с Фалалеем ей здорово повезло. – Между прочим, с колонной на голове он мог бы выступать в цирке и неплохо жить, – сказала Колова и задумалась. А через минуту сделала глубокий вдох и продекламировала: Шел царь не в короне, А в золотой колонне. А за ним бароны: На голове – баллоны. И графиня в шали На воздушном шаре. Семь маркизов рыжих Следом шли на лыжах. А за ними шли слоны Из неведомой страны. И было то в Париже… А может, и поближе. – Неплохая скороговорочка вышла, – похвалила она себя. Малуся хотела бежать за Фалалеем, но золотая колонна уже исчезла. – Может, это и к лучшему, – сказала Колова. – А то еще обидится. К тому же, цирком здесь никого не удивишь. Тут и так сплошной цирк. Глава 6. Плут Жара спала. И Малуся с Коловой двинулись в путь. Колова поскрипывала при ходьбе и немного прихрамывала на одну ногу. – Это мне Ломашки чуть не сломали, – объяснила она. – А вообще мне повезло, что я – Колова, а не что-нибудь похуже… Ты когда-нибудь видела Волобья? Голова – большая, а крылышки маленькие. Вот ему приходится туго: пролетит десять метров, а потом полдня отдыхает! Бедняга! Потом новая знакомая рассказала про Сивку-Булку, которую все норовят съесть, и поэтому ей приходится прятаться, а пастись она выходит только по ночам… – Кого здесь только не было. Единороги, драконы, даже динозавры совсем недавно водились… – А что с ними случилось? – спросила Маруся. – Вымели. – Вымели? – Это было еще до моего появления. Говорят, в небе появилась здоровенная Метла и всех их вымела неизвестно куда! Колова знала кучу разных удивительных историй и, пока они шли, болтала без остановки. Малуся очень устала, к тому же ей страшно хотелось пить. Вскоре дорога привела их к небольшому симпатичному пруду. – Плут! – закричала Малуся и побежала к воде. Но тут из-за кустов вынырнул маленький человечек с хитрым лицом и заявил: – Эту воду пить нельзя! – Почему? – спросила Малуся. – Во-первых, это мое владение. А во-вторых, она ядовитая… Малуся растерялась. Неподалеку горел костер, а на огне жарилась рыба на сковородке. – Если вода ядовитая, тогда и лыба должна быть ядовитой, а вы ее жалите! – засомневалась девочка. – И лыба ядовитая – крикнул человечек. – Потому что зажаленная. – Кем? – удивилась Малуся. – Пчелами. Здесь под водой живут ужасно ядовитые пчелы, они жалят всю лыбу. Могут и тебя и твою Колову зажалить. Колова вдруг засмеялась: – По-моему, он врет… С тех пор, как я стала Коловой, меня никто не может зажалить. Она зашла в пруд и стала плескаться. Потом вышла, отряхнулась и, повернулась к человечку: – Ты просто плут, и никаких пчел тут нет! И пруд этот вовсе не твой. Колова грозно выставила рога и двинулась на человека. Тот с воплем бросился удирать. – Зачем ты его так? – вздохнула Малуся. – Может быть, он подсказал бы нам, как найти Логопеда. – Не люблю, когда врут, – сказала Колова. – Хотя ты сама в этом виновата. – Я? – удивилась Малуся. Ты сказала «ПЛУТ», вот он и появился, – объяснила Колова. – Так здесь бывает: стоит произнести одно неправильное слово – и потом ничего не исправишь… Малуся с удовольствием напилась, искупалась и съела всю рыбу со сковородки. Колова тем временем принялась щипать траву. – Это не для еды, – объяснила она удивленной Малусе. – А для твоего ночлега. Рогами, как вилами, Колова собрала небольшой стог. – Большое спасибо, – девочка забралась в сено и, достав волшебную палочку, стала делать «Ды-ды-ды». Так, с палочкой во рту, она и заснула. Глава 7. Чудесное превращение Когда Малуся проснулась, Коловы рядом не было – она гуляла на другой стороне пруда. – Ты жутко храпела, – пожаловалась Колова. – Невозможно сочинять стихи… – Неправда, я не храплю! – Что? Повтори еще раз! – Я не храплю! – сказала Малуся. И вдруг поняла, что произошло нечто невероятное. – Я не храплю, я не храплю, я не храплю, – повторяла она, боясь, что забудет, как правильно произносить «Р». – Затараторила. Скажи что-нибудь нормальное. – Доброе утро, дорогая Корова! – сказала Малуся. И тут случилось чудо. Колова стала раздуваться, как будто ее надували воздухом, и через несколько секунд из деревянного сооружения превратилась в обыкновенную буренку. Колья, из которых состояла Колова, валялись рядом на земле. Девочка смотрела на нее, как будто никогда не видела живой коровы. Да и корова разглядывала себя с не меньшим любопытством. – Никогда бы не поверила, – сказала Малуся. – Я тоже, – ответила корова. – Я и сейчас до конца не верю. – А ты красивая, – погладила ее девочка. – Особенно эта звезда на лбу… – Не звезда, а роза. Если, конечно, я не изменилась за это время… Корова спустилась к воде, некоторое время разглядывала свое отражение, после чего принялась пить. Пила она долго, будто собиралась выпить воду за все то время, что была Коловой. Девочка с нетерпением ждала ее. – Нам нужно возвращаться обратно, – сказала Малуся, когда Корова выбралась из воды. – Ты стала нормальной, я – тоже. Мы сможем найти ту дыру, через которую я попала сюда? – Не знаю, – Корова задумчиво покачала головой. – Мы изменились, значит и мир изменился. В этом мире все слишком быстро меняется… Малуся поняла ее слова, только когда они снова оказались на Ломашковой улице. Никакой улицы не было: дома, заборы – все заросло густой травой, словно со вчерашнего дня прошло лет сто. – Я не нашла это место, – чуть не заплакала Малуся, потирая обожженные крапивой коленки. – Так я и знала, – вздохнула корова. – Нельзя два раза влезть в одну и ту же дыру. – Но где-нибудь же должен быть выход? – Никто из попавших сюда этого не знал. Но все искали Логопеда. Малуся задумалась. Папа всегда говорил ей, что безвыходных положений не бывает. Важно только не сидеть, сложа руки. – В таком случае я буду искать этого Логопеда, – решительно заявила она. – И найду его, где бы он ни был! – Я тебя не оставлю, – сказала Корова. – Во-первых, если бы не ты, я бы так и стояла деревяшкой. Во-вторых, я тоже хочу вернуться назад. И потом, если я останусь тут, кому я буду читать стихи. Если я их, конечно, не разучилась сочинять… – Спасибо, дорогая… Корова! – Зови меня Розалией. Так меня звали раньше. – А меня зовут Марусей! Девочка и корова зашагали по дороге. – Кстати, как называется это место? – спросила Маруся. – Все называют его по-разному: Ломандия, Ненормандия, Чертова Дыра, Глушь, Зазаборье – это уж кому как нравится. – Зазаборье… Хорошенькое название, – вздохнула Маруся. Глава 8. Волшебные глуши Солнце уже стояло высоко, когда они подошли к белому, выкрашенному известкой домику. За домом тянулся сад. – Как я проголодалась, – сказала Маруся. – Может быть, мне дадут что-нибудь поесть! – А меня подоят, – добавила Розалия. Возле дома, в огромной луже, сидели два маленьких мальчика и пускали кораблики. – А ну-ка быстро вылезайте! – строго сказала Маруся. Однако дети не обратили на нее никакого внимания. – Эй, вы слышите, цыпки заработаете! – крикнула девочка. Розалия протяжно замычала. Но дети и не шелохнулись. Из дома вышла женщина. – Кричать бесполезно. Они съели глуши и теперь ничего не слышат. – Глуши? – спросила Маруся. – А что это такое? – В прошлом году выросло у нас дерево. Кто съест с него плод – сразу оглохнет. Да вон оно, будь оно проклято! Маруся посмотрела туда, куда указывала женщина. За домом росло большое дерево с яркими желтыми плодами. На дереве висела табличка: «НЕ ЕСТЬ – ВОЛШЕБНЫЕГЛУШИ!» Девочка подошла поближе: – Да это же груши! – Груши? – недоверчиво покачала головой женщина. – Не верите? – Маруся сорвала один плод. – Не ешь! – закричала женщина. Но девочка уже надкусила глушу. – Маруся! – позвала Розалия. Девочка не ответила. – Бедняжка! – со вздохом обратилась женщина к корове. – Вы не представляете, как это ужасно, когда говоришь, а тебя не слышат. – Это все равно, что читать стихи, а тебя не слушают, – ответила Корова. – Обидно, что она больше не услышит моих стихов. – Почему не услышу? – отозвалась Маруся. – Она слышит, – в один голос воскликнули женщина и Розалия. – Почему же ты не отвечала? – Груша очень вкусная… Это самые настоящие груши, а никакие не глуши, – сказала она. – Давайте угостим детей! Хозяйка помотала головой. – Дважды оглохнуть нельзя, – заметила Розалия. Маруся сорвала несколько плодов и отнесла их малышам. Дети съели груши и закричали: – Еще! – Дам еще, если вылезете из лужи! – сказала Маруся. Братья моментально выскочили из воды и протянули руки. – Слышат! – закричала счастливая мать. – А ну, немедленно домой! – А ты молодец, – похвалила Розалия. – Я бы никогда не догадалась, что глуши – это неправильные груши! – Просто ты никогда не картавила, – скромно ответила девочка. Хозяйка подоила Розалию и налила детям молока. Маруся с удовольствием выпила большую кружку: – У тебя очень вкусное молоко! – Правда? – обрадовалась Корова. – А я боялась, что от стихов оно может испортиться. И тут же сочинила поэму: Волшебные глуши Когда вы съедите Волшебные глуши, Вы можете плавать С лягушками в луже… Пусть мама кричит, Или папа орет – Напрасно они Открывают свой рот! Когда вы съедите Волшебные глуши, Вам незачем чистить И мыть свои уши, Поскольку они вам Теперь не нужны… Одно только люди Запомнить должны: Когда вы съедите Волшебные глуши, То вам никогда Не удастся послушать… Как птички щебечут И речка журчит, И в поле корова Приятно мычит. Как звонко кричат На заре петухи, И как я читаю Вот эти стихи! За обедом Маруся спросила хозяйку о Логопеде. Но та только плечами пожала: – Край у нас дикий. Почтальон раз в год письма приносит… Женщина посоветовала им идти в ближайший город Градов, до которого пешком можно было добраться за неделю, а если морем – вдоль берега – то за два-три дня. Если, конечно, они найдут лодку. Хозяйка собрала в корзинку еды и, пожелав счастливого пути, вывела их на дорогу, ведущую к морю. Глава 9. Моляк в котелке Утром подруги уже шагали по дороге к морю. – Кажется, будет буря! – сказала Маруся. – С чего ты решила, – возразила Розалия. – На небе ни облачка… – А ты слышишь, как море ревет? Действительно, со стороны моря доносился ужасный рев. Хотя выглядело оно совершенно спокойным. – Странно, – Розалия прислушалась. – Как будто ревет стадо коров… Они спустились с берега вниз. На песке сидел здоровенный рыжий детина в тельняшке и почему-то в котелке – и отчаянно ревел. Увидев девочку и корову, он вытаращил глаза и замолчал. – Добрый день, вы кто? – спросила Маруся. – Я – Моляк! – сказал детина. – Вы – маляк? – удивилась Маруся. – Такой большой? – Да не Маляк, а Моляк, понимаешь, матлос. А матлосы это те, кто плавают в моле… – ПЛАВАЮТ В МОЛИ? – Розалия покачала головой. – А вы не могли бы говорить чуть-чуть понятней? – Если бы я это мог, я бы тут не лазговаливал с вами, – в отчаянии закричал детина. Впрочем, он быстро успокоился и вот что рассказал: Лет десять Моляк плавал по морям и океанам, нес вахту на корабле, отдавал капитану честь и драил палубу. Но с детства, как и Маруся, не умел выговаривать «Р». Впрочем, ему это было не нужно. Ведь дело моряков не разговаривать, а выполнять приказы. – Наш капитан всегда говолил, – сказал он, – что матлос должен быть молчаливым как лыба! И вот за честную и доблестную службу его сделали боцманом. – А боцман должен отдавать команды и глупо на всех олать… – Вы хотели сказать, грубо, – догадалась Маруся. – Хотя грубо и глупо – почти одно и то же, – заметила Розалия. Моряк мрачно кивнул. Вот тут-то у него и начались беды. Вместо МАЙНА и ВИРА, он кричал: МАЙНА и ВИЛА! А однажды вместо: «Все на правый борт!» он скомандовал: «ВСЕ НА ПЛАВАЙ БОЛТ!» Половина команды бросилась в море, а половина стала искать БОЛТ – и корабль чуть не сел на мель… Потом начались еще большие неприятности. Новый боцман отдал повару команду: СВАЛИТЬ УЖИН! Кок вывалил макароны в воду, и матросы осталась без ужина. В другой раз он распорядился подать капитану КАПИТАНСКИЙ КОТЕЛОК, вместо катерка. Вся команда помирала со смеху. Но когда капитану вместо РОМА принесли ЛОМ, тот не на шутку разозлился и велел высадить его на берег. Высадили Моляка с позором. Нахлобучили на него этот дурацкий котелок. – При попутном ветерке Плыл Моляк в котелке! – пели, провожая его, моряки. – Да, невеселая история! – вздохнула Маруся. – Но думаю, помочь вам можно. Узнав о чудесном исцелении Маруси и об их дальнейших планах, моряк не раздумывая решил составить им компанию. – Сочту за честь пловожать такую замечательную палочку! Бывший боцман засучил рукава и сразу взялся за работу. Из бревен и досок, валявшихся на берегу, он связал вполне приличный плот: веревка на шее Розалии оказалась очень кстати. А в сундучке моряка нашелся кусок парусины для небольшого паруса. Глава 10. Плавание по селедке Море было совершенно спокойным. Плот неторопливо скользил вдоль скалистых берегов. И Моляк лишь изредка брался за весло, чтобы обогнуть какой-нибудь утес. Маруся купалась, загорала и чувствовала себя замечательно. А вот Розалию всё раздражало: ей не нравился плот, и море, и шум волн… – Я плохо плаваю, – говорила она. – И вообще, коровы – животные сухопутные! – Почему же, – возразил Моляк. – Я видел и молских колов, и даже их ловил… – Морские коровы? – фыркнула Розалия. – Какая глупость! Ну и чем же они питаются? Рыбой?!.. – Зля смеетесь, – обиделся Моляк. – Бывают не только молские коловы, но и ежи, лисицы, собаки и даже котики. И он поведал историю о том, как однажды на их судно сообщили о прибытии адмирала. Капитан вызвал бывшего боцмана к себе: «Передай команде, чтобы через час все стояли наглаженные и с начищенными кортиками». Моляк все передал, как положено. Но из-за произношения, матросы поняли, что им нужно быть «с начищенными котиками». И к приезду адмирала восемьдесят человек стояли на палубе с котами в руках… – А при чем здесь морские котики? – спросила корова. Моляк не ответил, глаза его вдруг округлились: – ОКУЛОК!.. Вижу ОКУЛОК! Розалия замычала как аварийная сирена: – Маруся! Акулы! Девочка выскочила из воды точно ошпаренная: – Где? Где акулы?! – Да не акулы, а окулок, – смущенно пробормотал Моляк, вылавливая из воды веслом мокрый окурок. – Кулить очень хочется, я неделю не кулил… – Во-первых, курить вредно! – строго сказала Розалия. – А во-вторых, следи за языком. Тут иногда такое случается: скажешь слово и… Словно, в подтверждение ее слов мимо плота лениво проскользнул треугольный плавник, а за ним – еще два. Девочка и корова ахнули и попятились на другой край плота. – Спокойно! – скомандовал Моляк. – Я десятки лаз тонул следи акул, я даже слажался с клокоди… – Молчи! – взревела корова. – Почему? – не понял моряк. – КЛОКОДИЛ, – прошептала Розалия, – страшное морское чудовище. Стоит громко произнести его имя, как он всплывает из глубины. Мне рассказывали, что когда Клокодил поднимается, море кругом клокочет как кипяченое молоко в котле… Ударом хвоста он разбивает огромные корабли! Моряк изумленно присвистнул. – Я же говорю, здесь всё бывает… А вообще, я заметила, что больше всех болтают те, кто не умеет говорить! – Яколь мне в пасть, – ударил себя в грудь Моляк, – если я еще что-нибудь скажу… – Якорь не надо, – засмеялась Маруся. – Лучше – палочку, от нее пользы больше! Остаток этого дня и почти весь следующий Моляк не произнес ни звука. Если не считать «Ды-ды-ды». – Бедняжка, – шепнула Маруся корове. – Представляю, как это трудно – целый день не разговаривать. – Труднее, – ответила с раздражением Розалия, – когда тебя целых два дня не доят. И то я молчу! Моляк прекратил упражнения, не говоря ни слова, снял свой котелок и принялся доить корову. – А у тебя неплохо получается, – удивилась Розалия. – Интересно, где тебя этому учили? Моряк что-то промычал, но не ответил. Похоже, он опасался новых насмешек коровы. – Коровы говорят, люди мычат, – улыбнулась Малуся. – А самое удивительное, что я, кажется, уже ничему не удивляюсь. Настроение Розалии улучшилось. Она перестала вздыхать. И согласилась попробовать водоросли, которые нарвали для нее Маруся с Моляком. – Это, конечно, не сено, но что-то в этом есть, – проговорила она, задумчиво жуя. – И вообще, если разобраться, ко всему можно привыкнуть и во всем найти свой вкус… Больше в этот день ничего не случилось. Наступил вечер. Море было удивительно спокойным. Полная луна, дробясь и отражаясь в воде, освещала все вокруг волшебным светом. Зачарованные ее блеском, вместе с плотом плыли небольшие серебристые рыбешки. – О, волшебная стихия, О тебе пишу стихи я! Как прекрасно с ветром Плыть по во?лнам светлым… Розалия стояла на корме и сочиняла стихи. Моляк с веслом, казалось, кивал им в такт. Но на самом деле он клевал носом, так как не спал предыдущую ночь. – Ложись, – заметив это, сказала Маруся. – А я буду рулить… – Ладно, – согласился Моляк. – Но будь внимательна. Если увидишь скалы, плыви поселёдке! А не то, мы сядем на мель… Глава 11. Буря – Плиплыли! – сказал Моляк, протирая глаза. – Кажется, нас унесло в океан! Действительно, берег исчез. Кругом, насколько хватало взгляда, была вода. – Сама не знаю, как это случилось, – виновато пробормотала Маруся. – Я все делала, как ты сказал: куда селедка – туда и я! – Какая селедка? – Ты сам сказал: плыви по селедке, я и плыла за рыбками… – Плоклятье! – воскликнул Моляк. – Я же хотел сказать: ПОСЕЛЕДИНЕ. Понимаешь, МЕЖДУ! – Как говорила моя хозяйка: язык до Киева доведет… когда нужно в Кострому! – фыркнула Розалия. – Ничего, у меня есть компас! – ободрил их бывший боцман. Но, достав из сундука прибор, ахнул: стрелка вертелась во все стороны… – Не может быть, – вскричал он. – Здесь нет ни юга, ни… – Я же говорила, что здесь все может быть. Или ничего может не быть, что одно и то же, – заметила корова. Моляк попытался сориентироваться по солнцу. Но небо было плотно затянуто тучами. К тому же ветер усиливался… – Боюсь, не избежать нам були! – встревожился Моляк, проверяя узлы на веревках. – Какой еще були? – спросила Розалия. – Ну, такой, когда можно сделать «буль-буль», понимаешь? – Неплохая рифма… Тем, кто не боится бурь Не страшен никакой буль-буль! Несмотря на усиливающуюся качку, корова держалась очень мужественно: по-матросски широко расставив четыре ноги. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ИТ» Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию:https://tellnovel.com/ru/andrey-usachev/malusya-i-rogoped